Вы и ваш ребёнок
Александр и Ольга Лавровы
Вы и ваш ребёнок

Содержание


История Древнего Мира
История Средних Веков
Портал для родителей



Знакомый незнакомец

«Ребенок переживает свое детство. Познает же детство взрослый», – так начинает свою книгу «Психологическое развитие ребенка» французский психолог А. Валлон. А дальше следует коварный вопрос: «Но что важнее для познания детства – точка зрения взрослого или точка зрения ребенка?»

Можно ответить: ребенок недолго пробудет ребенком, он родился, чтобы вырасти, стать взрослым и жить во взрослом мире. Значит, старшим и судить о нем. А точка зрения самого малыша не играет существенной роли. Мало ли что он напридумывает!

Однако, не ведая, какими глазами маленький человек видит себя, нас и все окружающее, мы, воспитатели, попадаем в чрезвычайно затруднительное положение.

Нам кажется, мы его понимаем. Да и что там еще понимать-то, в этакой крошке? Главное, он маленький. Мы видим количественную разницу: меньше ростом, меньше знает, меньше умеет. «Еще совсем дурачок, – улыбаемся мы. – Такой наивный и доверчивый!»

«Ребенок растет» – подразумевается «постепенно взрослеет», медленно, ступенька за ступенькой приближается к нам, на наш Олимп, умнеет, набирается опыта, одолевает всякие премудрости.

И, воспитывая его, мы опять-таки исходим из количественной разницы, полагая обычно, что воздействовать на маленького надо примерно как и на большого – только слабого и бестолкового. Мы даже невольно поддаемся чисто зрительной иллюзии. Пока он нам по пояс, считаем его за полчеловека. А позже: «Вон какой детина вымахал, скоро бриться пора, а все...» – укоряют родители парнишку четырнадцати-пятнадцати лет, в глубине души находя, что, если на полголовы выше отца, стало быть, и спрос уже соответственный.

Между тем все это неверно. Дело не в количестве. Да, меньше ростом. Да, меньше знает. Но основа различия качественная.

У ребенка особая психология, заметно меняющаяся от периода к периоду. Он не просто меньше нас размерами, слабее интеллектом – он другой.

И, не улавливая этого, не умея отрешиться от своих взрослых представлений, мы совершаем массу ошибок. И не одни родители – профессиональные педагоги тоже не учитывают порой специфики восприятия и мышления ребенка.

Вспоминается, как в хорошей школе родительский комитет вместе с классным руководителем решили повести учеников третьего класса в кино на документальный фильм о годах гражданской войны. Учительница предупредила, что фильм снят давно, при старой киноаппаратуре, и потому движение на экране будет ускоренным. Ребята согласно кивали головами и были полны интереса. И вот в зале, увидев, как нелепо дергаясь и часто перебирая ногами, бегут красноармейцы, – ученики неудержимо захихикали. Они смеялись все тридцать минут. Пока белогвардейцы расстреливали наших бойцов. Пока конница бесстрашно штурмовала укрепления врага. Они ничего не видели, кроме странных, марионеточных движений людских фигурок.

И беда не только в том, что дети не вынесли ничего положительного из просмотра фильма. Хуже. Они знали, на что глядят, и все-таки не в силах были удержаться от смеха. И произошло недопустимое искажение чувств, которые они должны испытывать каждый раз, соприкасаясь с героической историей страны.

За тридцать минут учительница исстрадалась. Но почему не догадалась она, что, объяснивши. маленькому, «как большому», нельзя быть уверенным, что он и уразумеет и поступит, как большой? Что в таком возрасте внешнюю эмоциональную окраску нельзя свести на нет предварительным информационным сообщением.

Нас обманывает в детях поверхностная похожесть на взрослого. Те же ручки-ножки, но крохотные. Те же фразы, но еще заплетается язычок. Те же чувства, но коротенькие и (нам кажется) еще примитивные. Все то же, но недоразвитое и милое, потешное, трогательное. Прелестный «дружеский шарж» на человека.

И малыш поддерживает нас в этом заблуждении, старательно подражая нашим жестам, речам, повадкам. Он перенимает их и использует, но часто вкладывая в них совсем иной смысл. Он восклицает: «Господи, твоя Оля!» Солидно прощаясь с маленькой гостьей, произносит: «Передай своей маме», – а слово «привет», как непонятное, опускает. Чтобы занять его, ему суют в шутку газету: «На-ка вот, почитай». Берет и, держа вверх ногами, спрашивает придирчиво: «А она не вчерашняя?» Разумеется, ему все равно – вчерашняя или сегодняшняя, но надо обезопасить себя от насмешек: ведь вчерашние газеты почему-то читать не полагается.

Здесь копирование обнаруживает себя легко. А сколько еще случаев, когда малыш «обезъянничает», а мы принимаем его подражание за чистую монету и констатируем не без удовлетворения: «Взрослеет, взрослеет...»

Ребенок стал объектом научного изучения сравнительно недавно. Еще многое и многое в его психологии предстоит исследовать. Но кое-что твердо известно и доказано, и на это можно смело опираться.

Для успешного воспитания нужно хотя бы в общих чертах отдавать себе отчет, с кем в данное время ты имеешь дело. Что видят вытаращенные глазенки, когда говоришь «посмотри». Какие эмоции вызывает ваше «выполни». Что варится в голове после предложения «подумай». Наконец, самое важное – как постигает, как трансформирует для себя мир ваш ребенок.



© Наши Дети 2012. Перепечатка материалов разрешена только со ссылкой на www.nachideti.ru